Люциус Майссер (Luzius Meisser), президент Bitcoin Association Switzerland, анализирует доклад Европейского Центрального банка (ЕЦБ) об электронных валютах.
Недавно Европейский Центральный банк (ЕЦБ) опубликовал свой второй доклад о «схемах виртуальных валют». Под этим подразумевается прежде всего криптовалюта биткойн: ее название встречается в тексте более двухсот раз. Тем не менее, центробанку с трудом дается понимание, что же такое биткойн.
Это проявляется, помимо прочего, в довольно неуклюжем определении. ЕЦБ пишет: «Виртуальная валюта может быть определена как цифровое представление ценности, выпущенное не центральным банком, не кредитной организацией и не оператором электронных денег, которое, в некоторых обстоятельствах, может использоваться в качестве альтернативы деньгам».
Уже первое слово, «виртуальный», вводит в заблуждение. Оно предполагает, что биткойны не реальны. На самом деле биткойны реальны ровно в той же степени, как песня на CD, вклад на счету в банке или статья в интернет-издании. Второе слово, «валюта», в принципе подходит, хотя авторы доклада много раз подчеркивают (вступая в противоречие с собственным определением), что биткойн неправильно называть валютой, прежде всего, из-за низкой распространенности. По этой логике, Феррари — это не автомобиль, потому что мало у кого есть Феррари.
В следующем словосочетании, «представление ценности», ЕЦБ снова совершает промах. Биткойн не является представлением ценности. За биткойном не стоит никаких материальных ценностей, так же, как их нет за евро, франком и другими современными валютами. Раньше в Национальном банке можно было обменять купюру на определенное количество золота. С отменой золотого стандарта обменять купюру теперь можно только на аналогичную купюру. Поэтому ни франки, ни биткойны не являются представлением ценности. Они сами по себе являются ценностью. А их относительная ценность по сравнению с другими товарами — обменный курс — определяется на свободном рынке.
Далее ЕЦБ определяет биткойн, перечисляя, чем он не является: например, это не электронные деньги в терминах директив ЕС по электронным деньгам. Но хорошее определение описывает, чем является предмет, а не то, чем он не является. Наконец, определение завершается довольно туманной фразой о том, что биткойн может использоваться как альтернатива деньгам при определенных обстоятельствах. Похоже, что у авторов доклада волосы на голове шевелятся при мысли о том, чтобы признать биткойн деньгами. Отсюда и получаются бесполезные определения, подобные процитированному выше.
А ведь корректные и точные определения биткойна давно известны. Заголовок научной работы, в которой создатель биткойна впервые представил миру свое творение, гласит: «Биткойн: цифровая пиринговая наличность». Всего два слова — «цифровая наличность» — интуитивно понятны и дают достаточно точное представление о биткойне. Сравните с определением ЕЦБ, содержащим 31 слово! Электронную почту можно описать через аналогию с бумажной, биткойн, похожим образом, через понятие наличных денег. Биткойны передаются напрямую от человека к человеку, как наличные. В отличие от всех остальных электронных расчетных систем, например, кредитных карт, биткойну не нужен ни банк, ни какой-либо другой финансовый посредник. Именно эти качества делают биткойн революционным изобретением.
Несмотря на неудачное определение, в целом доклад ЕЦБ производит впечатление вполне качественной работы в духе бюрократического ведомства. Документ описывает важных игроков рынка и перечисляет как риски, которые несут отдельные потребители, так и системные риски для всего европейского экономического пространства.
К сожалению, предоставляемые биткойном возможности остались вне поля зрения авторов доклада. Это неудивительно: они явно боятся проглядеть риски (это может стоить им работы), а отсутствие упоминания о возможностях ничем им не грозит. Между тем, биткойн может значительно повысить устойчивость экономики Европы во время кризиса.
Центральные банки могли бы использовать технологию, лежащую в основе биткойна, и выпускать электронные наличные так же, как сейчас они выпускают бумажные. Технология, позволяющая реализовать этот план, называется «цветные монеты». К примеру, ЕЦБ мог бы обеспечивать граждан Еврозоны наличностью не только в форме монет и банкнот, но и в форме цифровых «Еврокойнов», с помощью которых легко было бы осуществлять трансграничные переводы. В случае необходимости Еврокойны можно было бы свободно обменивать на банкноты.
С такой системой не только отдельные граждане, но и Еврозона в целом стали бы свободнее и менее зависимыми от банковской системы. В случае банковского кризиса расчеты могли бы продолжаться в обычном режиме, и экономика продолжала бы работать. Наличные деньги всегда играли важную роль во время кризисов. В век интернета их роль могли бы взять на себя криптовалюты. Но это возможно, только если центральные банки осознают их потенциал и будут открыто способствовать их развитию, а не отстраняться от этой возможности.